Среда, Ноябрь 14, 2018

Справедливость и капитализм сочетаются плохо. Однако, несмотря на это, люди продолжают верить в то, что справедливость возможна. По мере своих сил пытаются помочь ближним. Ну или даже не очень ближним. Вот, например, случился несколько лет назад в Германии приступ всенародного сочувствия к беженцам. Бежавших от войн и лишений жителей Ближнего Востока разбирали по семьям, селили в своих домах, помогали им с работой. А государство такую активность немцев всячески поощряло. И даже говорило своим гражданам: если хотите, чтобы беженцы быстрее получили официальный статус, поручитесь за них. И граждане Германии поручались.

Но справедливость и капитализм, как я уже сказал выше, сочетаются плохо. Спустя годы, то есть — теперь, власти Германии стали предъявлять тем, кто поручался за беженцев, счета за предоставленные беженцам государственные услуги. За медицинскую страховку. За социальное жильё. То есть, за всё то, что вроде бы брало на себя государство. А счета приходят немалые. Одному волонтеру из Бонна выставили больше семи тысяч евро. А одному сирийцу, переехавшему в Германию больше двадцати лет назад, за помощь своим родителям и двум братьям, которых он перевез к себе два года назад, выкатили восемьдесят пять тысяч евро. Для бывшего учителя музыки и английского, а ныне простого продавца с чистым доходом 1200 евро в месяц на семью из четырех человек это попросту невозможно. И сейчас этот человек говорит, что лучше бы привез своих родственников через нелегальные каналы. Тогда ничего не пришлось бы платить. Но он решил сделать всё по закону.

Подобных случаев по всей Германии тысячи. Конечно, поручители отправляются в суд и суд в общем случае встает на их сторону. Но мне во всем это вот что непонятно.

Когда власти Германии открывали свою страну для беженцев, они во многом поляризовали общество. Одни граждане были согласны с властями и помогали беженцам. Другие же были с властями не согласны и с годами стали представлять из себя серьезную оппозицонную силу. И вот теперь, когда эта оппозиционная сила окрепла и приобрела вес в политическом процессе, власти внезапно решили восстановить против себя и тех, кто их в вопросе приема беженцев все эти годы поддерживал.

Может быть тут, конечно, какой-то непостижимый для меня глубокий расчет. Но что-то подсказывает мне, что никакого расчета тут нет. А есть просто сочетание несочетаемого. То есть — капитализма и справедливости.

{ 0 comments }