Дети Розенталя

25/04/2017

in Реплики

Ассоциация учителей литературы и русского языка выступила с инициативой унифицировать нормы русского языка. На самом деле речь идет не более чем об определении списка словарей нормативного русского языка, которые могли бы поставить окончательную точку в бесплодных спорах о том, какого рода может быть кофе, так ли уж важно различать глаголы «одел» и «надел», а также можно ли употреблять слово «кушать». Время идет, язык меняется, и до сих пор сверяться со справочниками Розенталя, ни в одном из которых нет, например, слова «интернет», уже несколько странновато.

Предлагается организовать специальную комиссию, которая раз в пять лет будет пересматривать этот список и проверять входящие в него словари на соответствие текущей языковой норме. И только утвержденные комиссией словари можно будет использовать, скажем, в процессе образования.

— Но ведь на то давно уже существует институт русского языка, — скажет иной внимательный слушатель. А я ему на это отвечу: аполитично рассуждаете, честное слово! Нет, институты с населяющими их ненадежными учеными пусть останутся в прошлом со своим Розенталем. Речь идет не только об образовании, но о полном языковом единообразии.

«Государство должно выступать гарантом языковой нормы, быть монополистом в этой области, — говорит глава ассоциации учителей литературы и русского языка Роман Дощинский, — Сегодня государству указывать журналистам, телеведущим, авторам учебников, учителям и вообще причастным к культуре людям, что правильно, а что неправильно, невозможно».

Понимаете? А надо было, чтобы было возможно. Чтобы государство могло указывать причастным к культуре людям, что правильно, а что неправильно. Как правильно писать и говорить.

И вот уже сенатор Андрей Соболев предлагает разработать законопроекты, которые бы позволили государственным органам, внимание, применять к авторам, неправильно употребляющим русский язык, административные санкции! «Этим нужно озаботиться на высоком уровне, — говорит сенатор, — Некоторые люди в школе были двоечниками — и вдруг они стали поэтами. Так не бывает!»

Покинувший школу в пятом классе Владимир Маяковский и закончивший седьмой класс с четырьмя двойками Иосиф Бродский смотрят на сенатора с изумлением. А потом переводят глаза на одного закончившего лицей вторым с конца по успеваемости поэта, который вдруг возьми да и скажи что-нибудь вроде: «Дробясь о мрачные скалы́, Шумят и пенятся валы».

— Какие это еще такие «скалы́»?! — строго спрашивает сенатор, готовясь применить к автору административные санкции.

А Пушкин ему и отвечает: «Как уст румяных без улыбки, Без грамматической ошибки Я русской речи не люблю. Быть может, на беду мою».

На беду, на беду, Александр Сергеевич. Только не на вашу уже. А на нашу.

Нам теперь вас цитировать запретят.

Previous post:

Next post: